Медицина
Новости
Рассылка
Библиотека
Новые книги
Энциклопедия
Ссылки
Карта сайта
О проекте





предыдущая главасодержаниеследующая глава
7.4.1.2.2. Общие механизмы действия адаптогенов

Разнообразие патогенетических механизмов сексуальных расстройств требует различных терапевтических средств. Сексопатолог должен располагать широким набором адаптогенов, знать их различия и общие для всей группы механизмы действия. К тому же вследствие индивидуальных особенностей реагирования организма больного врач никогда не может предугадать все основные и побочные реакции на одно и то же медикаментозное средство.

И. И. Брехман, И. В. Дардымов и Ю. И. Добряков (1946) доказали ускорение развития придаточных половых желез (семенные пузырьки и предстательная железа) у инфантильных самцов мышей под влиянием панаксозидов. Такое же "гонадотропное" действие обнаружилось у элеутерококка: его экстракт приближал течку у неполовозрелых самок мышей, а при введении неполовозрелым самцам мышей экстракта из корней или листьев элеутерококка в течение месяца масса семенных пузырьков у них, по И. Я. Кунцман (1966), превышала таковую у контрольных животных почти в 2 раза. Однако механизм действия гликозидов не аналогичен истинному гонадотроп- ному действию гормонов аденогипофиза. Это подтверждают данные об отсутствии гонадотропного эффекта при применении экстрактов женьшеня в опытах с животными, достигшими половой зрелости. И. В. Дардымов (1976) показал, что элеутерозиды утрачивают гонадотропный эффект и практически не действуют на не измененном фоне, т. е. на завершивших пубертатное развитие здоровых животных. При двусторонней кастрации введение элеутерозидов тоже не препятствовало атрофии вспомогательных половых желез. Следовательно, гликозиды женьшеня и элеутерококка не действуют ни на гонады здоровых зрелых самцов мышей, ни на животных, подвергнутых двусторонней кастрации. В последнем варианте фон изменен слишком глубоко и непоправимо (единственной адекватной моделью в этих случаях является заместительная терапия).

Приведенные данные позволяют сформулировать основное условие лечения адоптогенами: для биологического действия гликозидов (в частности, "гонадотропного") необходимо, чтобы половая функция была не только патологически измененной, но и способной восстанавливаться до нормы. И. В. Дардымов (1976) поставил опыт с односторонней кастрацией взрослых самцов мышей, поскольку удаление одного семенника вызывает меньшую атрофию семенных пузырьков, чем полная кастрация. В этом варианте 5-дневное введение суммарных элеутерозидов полностью восстановило и массу вспомогательных половых желез, и нормальное содержание в них РНК.

На основании биохимических и других исследований можно сделать вывод, что адаптогены не являются допингами, "посягающими" на резервы, предназначенные для экстремальных ситуаций. В этом смысле они резко отличаются от стимуляторов типа фенамина и пиридрола. Повышение работоспособности, вызываемое адапто-генами, главным образом обеспечивают их гликозиды, которые не только стимулируют работоспособность, но и регулируют энергетическое обеспечение и пластическое восстановление повышенной мышечной активности. Возрастание интенсивности и эффективности мышечной работы под влиянием адаптогенов носит характер, сходный с состоянием тренированности, и не сопровождается отрицательным последействием.

При любой функциональной активности, в том числе при мышечной, энергия расходуется как на собственно двигательную деятельность, так и на обеспечение пластических функций - биосинтез белков и нуклеиновых кислот. При этом энергетическое обеспечение играет роль регулятора функциональной активности различных систем организма: направление энергетических ресурсов на обеспечение наиболее важных в данный момент функций автоматически тормозит менее важные. Возможность одновременного обеспечения широкого круга физиологических функций определяется доступным организму уровнем энергетического обмена, который в свою очередь зависит от мощности ферментных систем. Так, биохимическую основу мышечной деятельности организма составляет именно "ферментативная адаптация" к ней, которая расширяет "узкие места" метаболизма путем увеличения быстромобилизуемого энергетического потенциала, достаточного и для мышечной работы, и для синтетических процессов.

Адаптация организма осуществляется регулированием соотношений "поступающей" и "выходящей" энергии, и совершенство системы (организма) оценивается по затратам: чем меньше энергии расходуется на поддержание какой-либо константы при внешних возмущениях, тем выше ее адаптационный уровень [Казначеев В. П., Субботин М. Я., 1971].

С известной долей условности выделяют и даже противопоставляют адаптацию патологическую и физиологическую. Под последней подразумевают такие формы существования, при которых все физиологические функции обеспечиваются сбалансированными энерготратами без включения стрессовых реакций. Однако в зависимости от состояния организма (его тренированности) у одного человека даже очень быстрая ходьба может обеспечиваться энергией без активации коры надпочечников, а у другого стресс вызывается простым переходом из лежачего в сидячее положение. Возможности к приобретению высокой физиологической адаптации ограничиваются генетическими, наследственными рамками, а реальный ее "потолок" определяется индивидуальной тренированностью.

При нагрузках, превышающих возможности физиологической адаптации индивадуума, совершается переход из зоны физиологической адаптации в зону общей адаптационной реакции (OAP), что при систематических дозированных повторениях тренирует организм и укрепляет его устойчивость к вредным воздействиям окружающей среды. После прекращения стресса, на выходе из OAP, происходит восстановление и даже сверхвосстановление израсходованных энергетических и пластических резервов. Эта особенность используется в спорте при выборе режима тренировок: оптимальный тренировочный режим предусматривает начало очередной тренировки на пике суперкомпенсации. Если тренировки слишком часты и организм не успевает компенсировать прежние затраты, наступает снижение его функционального уровня. То же происходит при адаптации организма к широкому спектру стрессорных воздействий окружающей среды (рис. 30).

Рис. 30. Влияние стрессорного воздействия одинаковой силы и длительности при различных интервалах на уровень физиологической адаптации (УФА) [Яковлев Н. Н., 1955]. 1 - действие нового стрессора на фоне полного восстановления относительно предыдущего, УФА остался прежним; 2 - действие повторного стрессора на фоне неполного восстановления относительно предыдущего, УФА снизился; 3 - последующие стрессоры действуют в период гиперкомпенсации, УФА увеличился; А, Б, В - стрессорные воздействия; а, б, в - отдых
Рис. 30. Влияние стрессорного воздействия одинаковой силы и длительности при различных интервалах на уровень физиологической адаптации (УФА) [Яковлев Н. Н., 1955]. 1 - действие нового стрессора на фоне полного восстановления относительно предыдущего, УФА остался прежним; 2 - действие повторного стрессора на фоне неполного восстановления относительно предыдущего, УФА снизился; 3 - последующие стрессоры действуют в период гиперкомпенсации, УФА увеличился; А, Б, В - стрессорные воздействия; а, б, в - отдых

Повышение неспецифической сопротивляемости с помощью адаптогенов связано с нарастанием физиологической адаптации путем быстрой мобилизации энергии и ее восстановления еще до включения ОАР (стресса). В связи с этим становится понятным уменьшение стресс-реакции организма под влиянием адаптогенов без снижения его резистентности. Другими словами, неспецифическая сопротивляемость энергетически обеспечивается либо повышением физиологической адаптации, либо стрессовыми реакциями.

Однако физиологическая адаптация черпает энергию извне, а потому она энергетически более выгодна для организма, чем ОАР. При возрастании стрессорного воздействия приток энергии и пластического материала, поддерживающий необходимый уровень физиологической адаптации (УФА), начинает отставать от увеличившихся расходов энергии, что вызывает ОАР и выход энергии из внутренних резервов организма. В обычных условиях организму хватает энергетического и пластического материала, поступающего с пищей, и мощности ферментных систем, которыми он располагает (если его деятельность не превышает УФА). У нетренированного организма этот предел сравнительно невысок и во много раз ниже ОАР. У спортсменов УФА возрастает не только к мышечной нагрузке, но и к другим воздействиям. Н. В. Лазарев (1962) назвал подобное изменение УФА состоянием неспецифически повышенной сопротивляемости и предположил, что повышение неспецифической резистентности путем тренировки или закаливания и ее увеличение посредством биологически активных веществ (в частности, адаптогенов) имеют много общего. В. Я. Русин (1969) подтвердил это многочисленными экспериментами, а И. В. Дардымов (1976) показал, что гликозиды, подобно мышечной тренировке, усиливают мощность "медленной", но более экономичной ферментной системы, расширяя ее диапазон и тем самым увеличивая поток энергии по гликолитическому и аэробному пути.

Таким образом, биологическое действие адаптогенов осуществляется непосредственно в функционирующих тканях, и гликозиды, переводя биохимические реакции на более экономичные пути, как бы прибавляю? организму энергию до уровня, необходимого для его функциональной активности и обеспечения пластических процессов. Роль же центральной нервной системы и эндокринных желез в фармакодинамике адаптогенов вторичная, опосредованная.

Аналогичными свойствами обладает янтарная кислота - естественный метаболит, который "с высокой эффективностью поддерживает компенсаторные процессы в организме, восстанавливающие исходное состояние при деятельности или при патологии" [Франк Г. М., 1976]. Основной механизм ее действия - обратный перенос электронов, играющих ключевую роль в формировании "восстановительных эквивалентов" аппарата митохондрий. Это свойство янтарной кислоты используют для интенсификации восстановительного периода у спортсменов, а также для снятия послетренировочного и связанного с различными патологическими состояниями ацидоза.

Анализируя механизмы действия янтарной кислоты, М. Н. Кондрашова (1971, 1975) отмечает, что создаваемая янтарной кислотой биохимическая поддержка из внутренней среды может обеспечить суперкомпенсацию всех систем организма, а благотворное действие обусловлено энергизирующим влиянием на перевозбужденные центральные регуляторные образования, в первую очередь гипоталамуса и надпочечников [Дильман В. М. и др., 1976]. В экспериментах на умеренно ослабленных животных (крысятах-отъемышах весенних генераций) янтарная кислота приводит к выраженному снижению разброса массы тела в опытных группах, поскольку слабые животные подтягиваются к уровню сильных. Митохондрии животных, подвергнутых патогенным воздействиям, обнаруживают ослабление энергетической регуляции [Кондрашова М. Н., 1975], они оказываются "хуже" митохондрий здоровых животных. Если же это сравнение проводится после обогащения среды энергизирующими добавками (янтарная кислота, АТФ, восстановленный глутатион, глутамат и т. д.), то группы меняются местами, и те митохондрии, которые в обычной среде были "хуже", в среде энергизированной становятся "лучше" нормальных.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






Пользовательского поиска



Представлена операционная, расположенная на борту самолета, не имеющая аналогов в мире

Индикаторы на повязке покажут стадию заживления раны

Цитомегаловирус разглядели в атомарном масштабе

Как советская женщина-микробиолог поборола холеру и нашла универсальный антибиотик

Новое искусственное сердце не уступает по качеству донорскому

Рассеянный склероз научились выявлять по крови

Разработан 3D-принтер для печати человеческой кожи

Первая двусторонняя пересадка рук ребенку признана успешной

Выяснена причина ревматоидного артрита

Рейтинг@Mail.ru
© Анна Козлова подборка материалов; Алексей Злыгостев оформление, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://sohmet.ru/ 'Sohmet.ru: Библиотека по медицине'